Психология семьи и брака

Психология семьи и брака - междисциплинарное направление в психологии, изучающее проблемы брака и семьи; включает исследования в области социологии, экономики, этнографии, истории, юриспруденции, демографии и т. д. Впервые систематическое изучение П. с. и б. было предпринято в конце 20 - начале 30-х гг. XX в. в США. Бурный рост исследований привел к тому, что в 60-70-х гг. начал активно дискутироваться вопрос о возможности выделения исследований брака и семьи в отдельную науку. Однако в связи с тем, что данный объект в каждой из Hair ук рассматривается со своей специфической точки зрения, этот вопрос остался открытым. Психологические исследования брака и семьи включают: изучение факторов, влияющих на качество брака, цикл раз вития семьи, ролевую структуру семьи, распределение власти между членами семьи, межсупружеское общение, установки на брак и семью, детерминанты выбора брачного партнера, эффективность различных паттернов воспитания, психологические особенности родителей и их детей и т. д. В отдельную область исследования выделено изучение процесса и эффективности семейного и брачного консультирования. Данные, к-рыми располагает П. с. и б., являются основанием для формирования различного рода социальных и психологических программ и рекомендаций, направленных на помощь семье. Они служат источником разработки научных принципов подготовки специалистов, работающих с семьей, осуществляющих коррекционное воздействие как на семью в целом, так и на отдельных ее членов.
Процесс отождествления индивидом себя с другими, номинальными или реальными, социальными образованиями, т.е. проблема социальной идентификации личности, - наиболее специфическое свойство личности и наиболее сложная исследовательская тема. В наше время, когда происходит разрушение традиционного уклада, потребность личности в социализации, социальной идентификации и далее, в самореализации, становится особенно актуальной. Социализация, являясь процессом социального взаимодействия, посредством которого происходит передача, освоение и использование социального опыта, позволяет обрести некие социальные свойства, благодаря которым индивид может выполнять свои функции в социуме.
Лишь охарактеризовав основные силы, воздействующие на формирование личности, включая социальное направление ее образования и общественного воспитания, т.е. определив человека как объект общественного развития, мы можем понять внутренние условия его становления как субъекта общественного развития. В этом смысле личность всегда конкретно - исторична, она - продукт своей эпохи и жизни страны, современник и участник событий, составляющих вехи истории общества и ее жизненного пути.
Одна из мощнейших тенденций оказывает существенное влияние на идентификационные процессы человека в социуме. А именно, нравственный идеал, отраженный в памятниках истории, культуры и представленный, как правило, в семейно-родственных связях неким конкретным лицом, поведению которого подражают.
Процесс социальной идентификации личности сравнивают с зеркалом, глядя в которое, человек пытается узнать и познать самого себя. Потеря отражения и способности узнавать себя могут вести к возникновению чувства неуверенности, невротическим расстройствам, деструктивному поведению. Кардинальные институциональные изменения последнего десятилетия XX в. в России привели, к значительной деидентификации не только отдельных личностей, но и общества в целом. Слом общественно-политической системы привел к существенным изменениям в социокультурной преемственности поколений. Образование и воспитание как важнейшие составляющие механизма преемственности, отодвинуты на периферию в системе социализации молодежи институтами и ценностями культуры массового общества. Самоцелью и смыслом человеческого бытия становится приобщение к миру престижных и красивых вещей. Средство становится целью, отчуждая личность от мира духовных ценностей, деформируя саму структуру их освоения. Все возрастающая скорость жизненных ритмов и многообразие социальных связей усложняют возможность целостного понимания окружающего мира. Все чаще и чаще “меркнут цели человеческой жизни”. Духовные жизненные цели подменяются “средствами жизни”, борьбой за материальные блага и социальный статус, меркантилизацией содержания жизни, гедонистической направленностью на получение удовольствий. Счастьем оказывается не жизнь в ее полноте, а некий фрагментарный набор ее свойств и качеств. Другой наиболее характерной особенностью современности является так называемый мировой или цивилизационный кризис идентичности, который сопровождается дезорганизацией больших сообществ и структур, культурной фрагментарностью, глобализацией мировых процессов, разрушением традиций, постмодернизацией. Для России к этому перечню добавим произошедшее в 80-90-е годы разрушение старых идеологических установок без замены на другие.
Здесь уместно вспомнить, что самая высокая степень идентификации характерна именно для семейной идентичности, и уж потом - конфессиональной, этнической, профессиональной, общественно-политической. По сравнению с другими институтами общества семья и сегодня обладает, несмотря на определенные сложности, максимальными возможностями в процессе приобщения детей к социальным ценностям и ролям.
Именно в семье пересекаются все силы общества, фокусируются социальные ценности и интересы. И это особенно актуально в период перехода от детства к юности, когда ярко демонстрируется претензия на взрослость, ориентация на нормы и ценности, принятые в мире взрослых, сложные и противоречивые переживания, порождаемые стремлением подростка к идентификации себя с этим миром.
Задачи социализации традиционная семья выполняет подчас весьма успешно. Ничто так не защищает личность, как устойчивый, стабильный институт семьи. Залогом этой стабильности является, конечно же, преемственность традиций, социальных ролей, норм и ценностей, которые в традиционной семье реализуются наиболее оптимально. Именно семья старого типа, точнее связанные с ней вековые традиции, нравы, обычаи, дает возможность адаптироваться и привычно переносить нелегкий труд, непростые условия быта, ухудшение материального и социального положения. С другой стороны, в традиционной семье так называемая “самость” отдельного члена если не игнорируется, то, по крайней мере, рассматривается как второстепенное условие благополучия семьи и допускается лишь в пределах, определенных нравственно- этическими нормами и установками не только данной семьи, но и той социальной группы, к которым семья себя причисляет. В этом случае мы имеем дело с “запретом” на самореализацию, на свободное развитие. Слово “запрет” берется в кавычки, ибо это лишь усиленный символ того положения внутрисемейных отношений, когда каждый член семьи должен каждый свой шаг, каждый свой помысел сверять по уставу его родной семьи, что вступает в противоречие с современными тенденциями индивидуализации.
В то же время заданность, предопределенность, ригидность механизма социализации в традиционной семье позволяет прогнозировать и реализовывать социальный заказ общества и государства на определенной идеологической и социокультурной основе. Через различные социальные институты, средства массовой информации и массовой культуры государственная машина формирует с помощью семьи социально востребованный тип гражданина, определенные этические установки, общественные идеалы, демографические тенденции.
Безусловно, что успешная социализация личности возможна при условии наличия самого института семьи. При этом семья должна обладать атрибутами полноценной, здоровой, стабильной структуры. Невыполнение хотя бы одного из условий социализации ведет к тому, что социализирующая функция семьей в полной мере не реализуется, что, в свою очередь, ведет к росту деструктивных, девиантных явлений в обществе.



Источник: http://voov.narod.ru/psihologi/